Арбитражная практика

Определение от 16 июня 2011 года . Определение от 16 июня 2011 года. Республика Ингушетия.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ИНГУШЕТИЯ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего ФИО25

судей ФИО26

ФИО20,

при секретаре ФИО14

рассмотрела 16 июня 2011г. в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО27 на Решение Сунженского районного суда от 17 февраля 2011 г., которым удовлетворен иск прокурора Сунженского района в интересах ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 о восстановлении срока для принятия наследства, признании наследников принявшими наследство и признании права на наследственное имущество.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Ингушетия ФИО20, судебная коллегия

Установила:

Прокурор Сунженского района обратился в суд с исковым заявлением в интересах ФИО1 и членов ее семьи, ссылаясь на то, что ФИО12 в 2005 г. незаконно вступила в наследство, открывшееся после смерти матери, ФИО8, скрыв факт существования других наследников и указав в качестве наследника только себя. На основании полученного свидетельства о праве на наследство в том же году продала домовладение своему племяннику, ФИО11. Между тем, у ФИО8 на момент открытия наследства было 4 детей, в том числе сын ФИО9, у которого после его смерти остались супруга ФИО10 и 6 несовершеннолетних детей. В связи с тем, что ФИО9 из-за болезни и последующей смерти не смог своевременно принять наследство, просит суд восстановить его семье срок принятия наследства и признать их право на наследственное имущество.



В судебном заседании прокурор ФИО15 поддержала иск.

Ответчик ФИО12 исковые требования не признала и просила отказать в их удовлетворении.

Суд вынес указанное Решение.

В кассационной жалобе ставится вопрос об отмене решения суда ввиду его необоснованности.

2

Проверив материалы дела, выслушав ответчика ФИО16 и ее представителя ФИО17, поддержавших доводы жалобы, прокурора ФИО18, истца ФИО10 и ее представителя ФИО19, просивших Решение оставить без изменения, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 1154 Гражданского кодекса РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно ч. 1 ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства, суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

В силу ч. 1 ст. 1156 ГК РФ если наследник, призванный к наследованию по завещанию или по закону, умер после открытия наследства, не успев его принять в установленный срок, право на принятие причитавшегося ему наследства переходит к его наследникам по закону, а если все наследственное имущество было завещано - к его наследникам по завещанию.

Как усматривается из материалов дела, после смерти ФИО8 умершей 27 июля 1996 г., осталось наследственное имущество в виде жилого дома, находящегося по адресу: ст. Орджоникидзевская, ул. Трудовая, 31, и надворных строений, расположенных на земельном участке общей мерой 908,0 кв.м.



Удовлетворяя требования истцов о восстановлении срока для принятия наследства и признании права на наследственное имущество, суд счел установленным тот факт, что все дети и внуки ФИО8 до ее смерти проживали совместно в ее домовладении, а после ее смерти остались проживать внук ФИО11, дочь ФИО12, сын ФИО9 с супругой ФИО13 и шестью несовершеннолетними детьми.

Однако выводы суда о совместном проживании семьи ФИО9 с ФИО8 не соответствуют материалам дела.

Так, в судебном заседании истец ФИО10 пояснила, что на момент смерти свекрови она с семьей проживала у своей матери, а в спорное домовладение заселилась в 2002 году, когда муж заболел открытой формой туберкулеза. Из-за болезни и последующей смерти, наступившей в октябре 2008 года, муж не успел принять наследство.

Согласно показаниям ответчика ФИО12 и соответчика ФИО11 ФИО9 в 1990 году женился на ФИО1, с указанного времени находился в разъездах, жил в Кемеровской области, Казахстане, на момент смерти ФИО8 проживал с семьей у своей тещи по адресу:

3

ст. Орджоникидзевская, ул. Чкалова, 31, а в спорное домовладение заселился в 2003 году.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что истцы не проживали в спорном домовладении ни на момент смерти ФИО8 ни в течение семи лет после ее смерти, а в суд с заявлением о восстановлении срока принятия наследства обратились лишь в ноябре 2010 г., то есть спустя два года после смерти ФИО9

Суд не дал надлежащей оценки этим обстоятельствам, не привел доказательств, подтверждающих уважительность пропуска данного срока и преждевременно удовлетворил заявленные требования.

При новом рассмотрении дела следует устранить допущенные нарушения и принять законное и обоснованное Решение.

На основании изложенного, руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия

Определила:

Решение Сунженского районного суда от 17 февраля 2011 г., которым удовлетворен иск прокурора Сунженского района в интересах ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 о восстановлении срока для принятия наследства, признании наследников принявшими наследство и признании права на наследственное имущество, отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Кассационную жалобу удовлетворить.

Председательствующий

Судьи