Арбитражная практика

Определение от 27 сентября 2011 года . Определение от 27 сентября 2011 года. Республика Башкортостан.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан

в составе председательствующего судьи Габитова Р.Х.,

судей Ракипова Х.Г., Мулюкова У.А.,

при секретаре Абдуллиной Л.М.,

рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осужденных Зотова А.Ю., Корсакова М.С., Аллагуловой Р.Р., Ништа А.В., адвокатов Злыдникова А.М., Еникеевой С.А., кассационное представление государственного обвинителя Курбангалиева Р.Р. на Приговор Октябрьского районного суда г.Уфы РБ от 29 июня 2011 г., которым

Корсаков М.С.,

.

.

осужден:

по ч.3 ст.162 УК РФ к лишению свободы на 10 лет,

по ч.2 ст.325 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием из заработной платы ежемесячно 20% в доход государства.



В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено лишение свободы на 10 лет 1 месяц с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Аллагулова Р.Р.,

.

.

осуждена по ч.3 ст.162 УК РФ с применением статьи 64 УК РФ к лишению свободы на 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Зотов А.Ю.,

.

.

осужден по ч.3 ст.162 УК РФ к лишению свободы на 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Ништа А.В.,



.

.

осужден по ч.3 ст.162 УК РФ к лишению свободы на 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Ракипова Х.Г., осужденных Корсакова М.С., Аллагулову Р.Р., Зотова А.Ю., Ништу А.В., их защитников адвокатов Юсупову В.Х., Сатаева Р.Р., Злыдникова А.М. и Валеева Р.Р., поддержавших кассационные жалобы, мнение прокурора Валеевой М.Р., полагавшей Приговор отменить, судебная коллегия

Установила:

Корсаков, Аллагулова, Зотов и Ништа признаны виновными в том, что 02 марта 2011 года группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия, с незаконным проникновением в жилище, с угрозой применения насилия, опасного для здоровья потерпевших, открыто похитили имущество Г. на сумму 6199 руб., имущество Х. на сумму 34400 руб., имущество С. на сумму 1205 руб., имущество Р. на сумму 3000 руб., имущество Ж. на сумму 6450 руб., имущество Ю. на сумму 1500 руб.

Корсаков, кроме того, признан виновным в похищении 02 марта 2011 года паспорта и другого важного личного документа, принадлежащего Г..

Преступления совершены в г.Уфе Республики Башкортостан при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части Приговора.

В судебном заседании Корсаков, Зотов и Аллагулова вину признали частично, Ништа вину не признал.

В кассационных жалобах:

адвокат Злыдников А.М. в интересах осужденного Ништы Приговор просит отменить. Указывает, что в квартиру он пришел для оказания помощи в освобождении девушки, пистолет он взял для самообороны, другие о пистолете не знали, им он не угрожал, денег и имущества он не брал. Действия Ништы никто кроме Х. не видел, он один указал о том, что Ништа угрожал ему, опознания по голосу не проводилось. Аллагулова в показаниях выгораживает своего приятеля Корсакова, ее показания недостоверны. Предварительного сговора не было, в действиях Ништы имеются признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.119, ч.2 ст.139 УК РФ;

адвокат Еникеева С.А. в интересах осужденного Зотова Приговор просит изменить, переквалифицировать его действия на ст.161 УК РФ, применить правила статей 64, 73 УК РФ. Указывает, что умысла на совершение преступления у Зотова не было, доказательств применения им насилия не имеется, в Приговоре суд не указал, в чем выражены действия Зотова, связанные с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевших. Показания Зотова в этой части не опровергнуты, доказательств наличия предварительного сговора не имеется. При назначении наказания не приняты во внимание положительная характе Ф.И.О. ответственности впервые, признание вины, полное возмещение ущерба;

осужденный Зотов Приговор просит отменить ввиду незаконности, необоснованности и немотивированности, уголовное дело направить на новое рассмотрение;

осужденный Корсаков Приговор просит отменить, указывая, что суд, описывая действия осужденных, указал о совершении грабежа, хотя квалифицировал как разбой, чем допустил противоречие. Доказательств его вины в деле не имеется, его показания в ходе предварительного следствия недостоверны, они даны в отсутствие защитника, ст.51 Конституции РФ ему не разъяснялась, показания получены под физическим давлением, чем нарушено его право на защиту. Обвинительное заключение не соответствует закону, ходатайство о возвращении дела прокурору судом отклонено необоснованно, материалы дела сфальсифицированы, с материалами дела он ознакомлен в отсутствие защитника. Доказательств предварительного сговора, распределения ролей не имеется, применением насилия, опасного для здоровья, причиненные им Г. и Ж. телесные повреждения к таковым согласно заключению эксперта не относятся, отрезать ухо Ж. не угрожал. Ништа не угрожал применением насилия, опасного для здоровья потерпевших, нож он продемонстрировал только в целях защиты от Х.. Телефоны потерпевших не похищал, их взял Зотов, а он взял телефон, принадлежащий Аллагуловой. В жилище незаконно не проникал, а вошел с целью освобождения Аллагуловой, которой домогались Г. и Ж.. Ключи от автомобиля и иные документы взял, подумав, что они принадлежат Аллагуловой, а когда убедился в обратном – хотел их вернуть, но был задержан. Фактически похищено было 4 телефона, а не 5, как указано в Приговоре. Судебное заседание велось необъективно, необоснованно не назначено предварительное слушание;

осужденная Аллагулова Приговор просит изменить, назначить наказание с применением статьи 64 УК РФ. Указывает о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недостоверности доказательств, суровости назначенного наказания: вину признала полностью, чистосердечно раскаялась, способствовала раскрытию преступления и изобличению лиц, причастных к преступлению, характери Ф.И.О. ответственности привлекается впервые, ущерб возмещен. В жилище она незаконно не проникала, а пришла в гости, насилия в отношении потерпевших она не применяла;

осужденный Ништа Приговор просит отменить, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, проведение предварительного следствия и судебного заседания с нарушениями закона. Указывает, что обвинение подтверждения не нашло, потерпевшие ввели суд в заблуждение, их показания нестабильные. Вид исправительной колонии назначен неправильно, поскольку судимость у него снята, наказание он отбывал в воспитательной колонии, суд не учел смягчающие наказание обстоятельства, суд описал грабеж, а осудил за разбой. Квалифицирующий признак применение насилия, опасного для здоровья и угроза применения насилия вменены необоснованно, он должен нести ответственность лишь за свои действия. В предварительный сговор он не вступал, пистолетом угрожал лишь Х., который хотел взять кинжал, чтобы попугать его, ничего не похищал, побоев никому не наносил, похищенное возвращено, он предотвратил совершаемое Аллагуловой преступление, Приговор является суровым.

В кассационном представлении и дополнениях Приговор предлагается отменить в связи с нарушением судом требований уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, несправедливостью Приговора, уголовное дело направить на новое рассмотрение. Указывается, что с учетом данных о личности осужденных, их отношения к содеянному, тяжести и общественной опасности преступлений, наступивших последствий назначенное наказание является мягким. Допустив противоречия, действия осужденных описал как открытое хищение чужого имущества, однако квалифицировал как разбой. Из описанных судом действий не следует, что предварительный сговор состоялся и о применении оружия, доказательств того, что другие соучастники были осведомлены о наличии у Ништы пистолета и о его намерении применять его при совершении преступления, не имеется, такие обстоятельства не были установлены и самим судом, не приведены они и в Приговоре. При назначении Корсакову и Ниште наказания нарушены правила ч.1 ст.61 УК РФ, наказание им подлежит смягчению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и представления, судебная коллегия Приговор находит подлежащим изменению, действия осужденных Аллагуловой и Зотова подлежащим переквалификации: Аллагуловой на п. «а» ч.2 ст.161 УК РФ, Зотова на пп. «а», «в» ч.2 ст.161 УК РФ, квалифицирующий признак совершения разбоя группой лиц по предварительному сговору в отношении Ништы и Корсакова, квалифицирующий признак совершения разбоя с применением оружия в отношении Корсакова - подлежащим исключению.

Описывая действия осужденных, суд указал, что они совершили нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для здоровья, поэтому доводы кассационных жалоб и представления о том, что судом описан грабеж, несостоятельны.

В соответствии с ч.2 ст.35 УК РФ преступление признается совершенной группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

По смыслу закона договоренность о применении к потерпевшему насилия, опасного для жизни или здоровья, должна иметь место дол совершения преступления, в противном случае лицо должно нести уголовную ответственность лишь за конкретные действия, совершенные им.

Из показаний осужденной Аллагуловой в ходе предварительного следствия следует, что она рассказала Корсакову и Зотову о возможности забрать деньги у Г. и иных лиц, находящихся с ним, те согласились. Она придумала ситуацию, согласно которой она будет находиться в квартире и в этот момент к ней якобы приедет муж и его друзья для разборок из-за ревности и заберут деньги, при этом Зотов должен был играть роль ее мужа. В дальнейшем в квартиру Г. ворвались Зотов, Корсаков и Ништа, Зотов избивал Ж., а Корсаков Г., Ништа привел остальных, всех положили на пол. По команде Корсакова она искала в карманах Г., Ж. и неизвестного лица деньги. Корсаков переворачивал постель и вещи, затем по указанию Корсакова она вышла из квартиры. Выйдя из квартиры, Корсаков сказал вынуть и выкинуть сим-карты из телефонов. О том, что Корсаков, Зотов и Ништа приедут в квартиру с пистолетом и с такой жестокостью отнесутся к пострадавшим она не подозревала, надеялась, что, разыграв сцену ревности мужа, они просто заберут деньги без насилия и испуга.

Из показаний Зотова и Корсакова в ходе предварительного следствия следует, что он и Корсаков согласились с предложением Аллагуловой о том, что они должны были приехать в квартиру, один из них представится ее мужем и заведет скандал, в результате которого взять деньги за то, что он употребляет спиртные напитки с замужней женщиной.

Приведенные показания Аллагуловой, Зотова и Корсакова судом признаны достоверными.

Таким образом, из приведенных показаний следует, что Аллагуловой, Зотовым и Корсаковым не обсуждалась возможность применения либо угрозы применения какого либо насилия, предварительный сговор состоялся не на нападение в целях хищения чужого имущества с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, то есть разбоя, а на открытое завладение чужим имуществом.

Признав виновным Ништу, а также других в совершении разбоя по квалифицирующему признаку совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, суд свое Решение мотивировал ссылкой на активность действий при планировании преступления, подготовки его совершения, его непосредственного совершения, а также действия после совершения преступления, распоряжение похищенным совместно.

Вместе с тем суд не привел никаких данных, свидетельствующих об активности действий при планировании преступления и подготовки его совершения.

Судебная коллегия с такой оценкой действий осужденных Корсакова и Ништы согласиться не может, поскольку вывод о совершении разбоя Ништой и Корсаковым преступления по предварительному сговору сделан лишь исходя из факта совместных действий осужденных. Однако этого недостаточно для утверждения того, что между Ништой и другими осужденными еще до совершения преступления был предварительный сговор на совершение разбоя, и, поскольку таких доказательств, подтверждающих наличие у Ништы и других осужденных такого сговора на разбой, в уголовном деле не имеется, в отношении Ништы и Корсакова такой квалифицирующий признак, как совершение разбоя по предварительному сговору, подлежит исключению из Приговора.

Содержащиеся в Приговоре выводы суда о том, что Аллагулова умышленно нанесла несколько ударов ногами по голове и по телу Г., приведенными в Приговоре доказательствами не подтверждаются.

В обоснование своих выводов в этой части суд привел показания потерпевшего Х. о том, что Корсаков и Аллагулова наносили Г. удары ногами по телу, он видел краем глаза как Корсаков и Аллагулова избивали Ж. других доказательств не привел.

Однако показания потерпевшего Х. в этой части другими исследованными доказательствами не подтверждаются.

Из показаний Аллагуловой в ходе предварительного следствия, признанных судом достоверными, следует, что Корсаков дал ей команду посмотреть у всех, что есть в карманах, после чего она стала просматривать, что есть в карманах у Г., у которого имелись деньги, из кармана Ж. она забрала 50 руб., в карманах третьего неизвестного ей лица денег не оказалось, после чего она по указанию Корсакова убежала на улицу.

Из показаний осужденного Зотова в ходе предварительного следствия, признанных судом достоверными, следует, что он видел, как Аллагулова что-то искала в карманах потерпевших.

Из показаний осужденного Корсакова в ходе предварительного следствия, признанных судом достоверными, следует, что он дал команду Аллагуловой посмотреть у всех, что есть в карманах, после чего она стала просматривать карманы мужчин, потом ушла.

Из показаний потерпевшего С. следует, что он слышал, что Корсаков избивает Г. и Ж., Аллагулова спрашивала, где у них деньги.

Из показаний потерпевшего Ж. следует, что его ударил Корсаков, помнит, что Аллагулова кричала, где деньги, шарила по карманам, достала 50 руб.

Из показаний потерпевшего Г. следует, что его ударили Корсаков и Зотов, в дальнейшем он не видел кто его пинал, поскольку закрывал лицо руками. Слышал, как Корсаков и Аллагулова требовала деньги, Аллагулова обыскивала карманы потерпевших, вытащила из его кармана 240 руб.

В соответствии с содержащимися в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №29 от 27.12.2002г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» разъяснениями при квалификации действий двух и более лиц, похитивших чужое имущество путем кражи, грабежа или разбоя группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, судам следует иметь в виду, что в случаях, когда лицо, не состоявшее в сговоре, в ходе совершения преступления другими лицами приняло участие в его совершении, такое лицо должно нести уголовную ответственность лишь за конкретные действия, совершенные им лично.

При таких обстоятельствах действия Аллагуловой, открыто похитившей чужое имущество по предварительному сговору группой лиц, которая в жилище потерпевших противоправно не вторгалась, насилия в отношении потерпевших не применяла, применением насилия не угрожала, умыслом которой применение оружия Ништой не охватывалось, подлежат квалификации по п. «а» ч.2 ст.161 УК РФ.

Применяя в отношении Аллагуловой закон о менее тяжком преступлении, при назначении наказания судебная коллегия учитывает те же обстоятельства, влияющие на его назначение и учтенные судом первой инстанции, однако не усматривает оснований считать их исключительными.

Не приведены в Приговоре достоверные доказательства, подтверждающие, что умыслом всех осужденных охватывалось совершение разбойного нападения с применением оружия, наличие предварительного сговора осужденных на совершение разбоя с применением оружия.

Из признанных судом достоверными показаний осужденных Зотова и Корсакова следует, что Зотов пистолет не видел, Корсакову Ништа не говорил, что у него имеется пистолет, предмет, похожий на пистолет, в руках Ништы он увидел на месте происшествия, Аллагулова Ништу увидела лишь на месте происшествия.

Исходя из этих данных судебная коллегия приходит к выводу, что в действиях Ништы имел место эксцесс исполнителя.

Согласно ст.36 УК РФ за эксцесс исполнителя другие со Ф.И.О. ответственности не подлежат, поэтому суд ошибочно признал Аллагулову, Зотова и Корсакова виновными в совершении разбоя с применением оружия.

Исключение квалифицирующего признака совершения преступления с применением оружия влечет смягчение назначенного за данное преступление наказания.

В соответствии с содержащимися в п.14 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснениями в тех случаях, когда группа лиц предварительно договорилась о совершении кражи чужого имущества, но кто-либо из соисполнителей вышел за пределы состоявшегося сговора, совершив действия, подлежащие правовой оценке как грабеж или разбой, содеянное им следует квалифицировать по соответствующим пунктам и частям статей 161, 162 УК РФ.

Оценивая имеющиеся в деле данные, судебная коллегия приходит к выводу, что совершенное Зотовым образует состав преступления – открытое хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, а его действия подлежат переквалификации с ч.3 ст.162 УК РФ на пп. «а», «в» ч.2 ст.161 УК РФ.

При этом судебная коллегия исходит из признанных достоверными показаний осужденных Аллагуловой, Зотова и Корсакова в ходе предварительного следствия показаний о состоявшемся предварительном сговоре об открытом завладении имуществом потерпевших, факта его незаконного проникновения с этой целью в жилище потерпевших, открытом завладении чужим имуществом.

С учетом установленных судом обстоятельств действия Корсакова и Ништы образуют состав преступления – нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для здоровья, совершенный с незаконным проникновением в жилище, а действия Ништы кроме того – совершенный с применением оружия.

Выводы суда о совершении Аллагуловой, Зотовым, Корсаковым и Ништой преступления основаны на доказательствах, добытых в ходе предварительного следствия, проверенных в судебном заседании, анализ и оценка которым в Приговоре даны, и не доверять которым оснований не имелось.

Доводы о том, что документы потерпевшего Г. он взял случайно, судом опровергнуты с приведением в Приговоре соответствующих мотивов, с чем судебная коллегия полностью соглашается.

Доводы кассационной жалобы Ништы о том, что в квартиру он пришел для освобождения девушки, судом проверены, обоснованно опровергнуты, с чем судебная коллегия соглашается.

Доводы о том, что Ништа пистолетом не угрожал, опровергаются показаниями потерпевших, оснований не доверять которым не имеется.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену Приговора, как в ходе предварительного следствия, так и при рассмотрении уголовного дела по существу судом, не допущено.

В соответствии со ст.60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, учтены: в отношении Аллагуловой – меры по возмещению ущерба, активное способствование раскрытию преступления и изобличению лиц, причастных к преступлению, в отношении Зотова, Ништы и Корсакова – добровольное возмещение ущерба.

Обстоятельства, отягчающие наказание, в отношении осужденных судом не установлены.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих и обстоятельства, не предусмотренные частью первой ст.61 УК РФ, тем самым это является правом, а не обязанностью суда.

В этой связи для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих наказание оснований не имеется, характеризующие данные осу Ф.И.О. ответственной впервые и другие обстоятельства судом при назначении наказания учтены.

Оснований считать назначенное Корсакову и Ниште наказание чрезмерно суровым либо чрезмерно мягким, не соответствующим тяжести преступления судебная коллегия не усматривает, однако наказание Корсакову подлежит смягчению в связи с исключением квалифицирующего признака совершения преступления с применением оружия, а в отношении Корсакова и Ништы – в связи с неправильным применением уголовного закона, а также в связи с исключением квалифицирующего признака совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

Согласно ч.1 ст.62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать 23 максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.

Признав в отношении осужденных предусмотренное п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающее наказание обстоятельство, суд в отсутствие отягчающих их наказание обстоятельств наказание по ч.3 ст.162 УК РФ в отношении Корсакова и Ништы назначил с нарушением ч.1 ст.62 УК РФ, тогда как им могло быть назначено наказание в виде лишения свободы, не превышающее 8 лет.

Вид исправительного учреждения осужденным назначен правильно.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью Аллагуловой, Корсакова, Зотова и Ништы, их поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, из материалов уголовного дела не усматривается, поэтому оснований для назначения им более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершенное преступление, не имеется.

Установленные судом обстоятельства, характер и степень общественной содеянного, данные о личности Аллагуловой, Корсакова, Зотова и Ништы не свидетельствуют о возможности их исправления без реального отбывания наказания.

На основании изложенного и руководствуясь ст.377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

Определила:

Приговор Октябрьского районного суда г.Уфы РБ от 29 июня 2011 года в отношении Корсакова М.С., Аллагуловой Р.Р., Зотова А.Ю. и Ништы А.В. изменить.

Переквалифицировать действия Аллагуловой Р.Р. с ч.3 ст.162 УК РФ на п. «а» ч.2 ст.161 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Переквалифицировать действия Зотова А.Ю. с ч.3 ст.162 УК РФ на пп. «а», «в» ч.2 ст.161 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на 4 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Исключить в отношении Корсакова М.С. квалифицирующие признаки совершения разбоя группой лиц по предварительному сговору, с применением оружия.

Смягчить назначенное по ч.3 ст.162 УК РФ Корсакову М.С. наказание до 7 лет 5 месяцев лишения свободы, назначенное в соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ наказание – до 7 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Исключить в отношении Ништы А.В. квалифицирующий признак совершения разбоя группой лиц по предварительному сговору.

Смягчить назначенное по ч.3 ст.162 УК РФ Ниште А.В. наказание до 7 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части Приговор оставить без изменения, кассационные жалобы и представление – без удовлетворения.

Председательствующий: п/п

Судьи: п/п п/п

Справка: судья Абдуллин Р.Р., дело № 22- 10450.