Арбитражная практика

Определение от 07 декабря 2010 года. Определение от 07 декабря 2010 года. Республика Башкортостан.

Верховного Суда Республики Башкортостан

в составе председательствующего Латыпова *.*.,

судей Фомина *.*. и Галиева *.*.,

при секретаре Ишкубатове *.*.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам осужденного Галиакберова *.*., адвоката Сухочева *.*. на Приговор Кумертауского городского суда Республики Башкортостан от 13 августа 2010 года, которым

Галиакберов *.*.,..., судимый 28.04.2007 г. по ч.1 ст.112 УК РФ к 8 месяцам лишення свободы, освобожден 3.12.2007 г. по отбытии срока наказания,

осужден к лишению свободы по ч.1 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Фомина *.*., мнение прокурора Соседовой *.*. о законности Приговора, объяснения адвоката Сухочева
*.*., осужденного Галиакберова *.*., поддержавших кассационные жалобы, судебная коллегия

Установила:

Галиакберов признан виновным в умышленном причинении смерти Ф., путем нанесения двух ударов ножом в область грудной клетки.

Преступление совершено 31 января 2010 г. в “адрес“ при обстоятельствах, изложенных в Приговоре.

В судебном заседании Галиакберов вину признал частично.

В кассационных жалобах, в которых ставится вопрос об отмене Приговора: - адвокат Сухочев *.*. указал, что Галиакберов защищался от Ф., приставившего нож к его горлу, что подтверждается показаниями Фх. о том, что потерпевший в состоянии алкогольного опьянения был агрессивен, ранее привлекал ответственности за причинение вреда здоровью с применением ножа, заключением экспертизы о наличии у Галиакберова телесных повреждений; свидетели Б. и Т. подтвердили факт ссоры Ф. и Галикберова; со стороны потерпевшего имело место противоправное поведение, что подтвердил В.; с учетом смягчающих наказание обстоятельств, наказание чрезмерно суровое;

Галиакберов *.*. указал, что суд не учел наличие у него телесных повреждений, причиненных Ф., который и спровоцировал драку; в ходе предварительного следствия ему было отказано в переводчике, хотя он не понимал смысла русских слов; также в ходе следствия ему было отказано в проведении очной ставки с Б., с показаниями которого у него имелись разногласия; нарушен порядок назначения судебно-медицинской экспертизы; наказание чрезмерно суровое; при назначении наказания, суд не применил ч.3 ст.68 УК РФ, подлежащий применению;
резолютивная часть Приговора относительно гражданского иска непонятна; следователь вел допрос на башкирском языке, а адвокат Хлынцев его не знает.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия считает Приговор подлежащим изменению.

Вывод суда первой инстанции о виновности Галиакберова в преступлении в отношении Ф. при обстоятельствах, изложенных в Приговоре, основан на доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне, полно и объективно.

Утверждения о необоснованности предъявленного Галиакберову обвинения по ч.1 ст. 105 УК РФ, содержащиеся в кассационных жалобах, опровергаются материалами уголовного дела.

Вина Галиакберова в совершении убийства подтверждается показаниями И., данными в ходе следствия и подтвердившего их в судебном заседании, о том, что по прибытии на место происшествия застал Ф. в бессознательном состоянии лежащим на полу, а стоявший рядом Галиакберов пояснил, что он застал свою сожительницу с Ф. и на этой почве ревности нанес тому три ножевых удара; заключением судебно-медицинской экспертизы о том, что смерть Ф. наступила от траматико-геморогического шока вследствие торокоабдоминального ранения с повреждением сердечной сорочки, левого желудочка сердца; протоколом осмотра места происшествия, заключениями судебно-криминалистических экспертиз одежды Галиакберова, ножа, изъятого с места происшествия.

Кроме того, будучи допрошенным в качестве подозреваемого и обвиняемого (л.д. 29,39), с участием адвоката Хлынцева *.*., Галиакбаров, признавая вину полностью, показал о том, что на почве ревности у него возник умысел на убийство
Ф., для чего он позвал того кухню, где ударом кулака свалил на пол, а кода тот вставал, заранее приготовленным ножом дважды ударил в область груди, и один раз по ноге, после чего выбросил Ф. в подъезд.

В связи с тем, что Галиакберов изменил свои показания, суд в полном соответствии со ст. 276 УПК РФ исследовал его показания, данные в ходе предварительного следствия, дал им оценку, как того требуют ст. ст. 87 и 88 УПК РФ, и сослался на часть сообщенных им данных в обоснование своего вывода о совершенном им преступлении.

Анализ приведенных выше и других имеющихся в деле доказательств, надлежащая оценка которым дана в Приговоре, свидетельствует о том, что суд правильно Установил фактические обстоятельства дела и обоснованно квалифицировал действия Галиакберова по ч.1 ст. 105 УК РФ, как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку.

Доводы кассационных жалоб нельзя признать обоснованными по вышеприведенным и следующим основаниям

Выводы суда мотивированы и основаны на всесторонне, полно и объективно проверенных доказательствах, собранных с соблюдением процессуальных норм и не вызывающих сомнение, при этом в Приговоре приведены мотивы, почему одни доказательства по делу признанны судом правдивыми, а другие отвергнуты.

Судом обоснованно указано, что мотивом данного преступления явились возникшие личные неприязненные отношения между Галиакберовым и потерпевшим, что подтверждается показаниями самого осужденного.

Исходя из
фактических обстоятельств дела, установленных судом, видно, что в ходе ссоры Галиакберов нанес множественные удары Ф. руками и ногами по различным частям тела, а затем с целью убийства Ф. дважды нанес удары ножом в область грудной клетки, и один удар в область бедра, когда тот какого - либо насилия в отношении Галиакберова не применял. В связи с чем, суд обоснованно не нашел оснований для оценки действий Галиакберова, как совершенных в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, необходимой обороны или превышении ее пределов.

Об умысле Галикберова на совершение умышленного убийства Ф. свидетельствует выбор оружия преступления – ножа, а также количество, локализация и механизм нанесения ударов в жизненно-важный орган - область грудной клетки, о чем суд обоснованно указал в Приговоре.

Показания Б. и Т. о ссоре между Галиакберовым и Ф. установленным судом фактическим обстоятельствам дела не противоречат. Кроме того, подтверждают показания самого Галиакберова о ссоре, что и явилось для суда обоснованием мотива совершенного осужденным преступления.

Ссылку Галиакберова на показания В. в обоснование своей невиновности, о том, что он просил В. заступиться в случае драки, нельзя признать убедительной, поскольку, как правильно установлено судом, насилия со стороны Ф. в отношении Галиакберова не применялось, и оснований для обращения Галиакберова за помощью к В., не имелось.

Довод Галиакберова в обоснование необходимой
обороны с его стороны, о чем свидетельствует имевшиеся у него телесные повреждения, является несостоятельной, поскольку в своих показаниях в ходе следствия, правильно положенных судом в обоснование обвинительного Приговора, он сам показал, что ссадины получил, ударившись об косяк и мебель, когда в условиях тесной кухни он наносил телесные повреждения Ф.

Кроме того, никто и из свидетелей не показал о том, что со стороны Ф. в отношении Галиакберова применялось какое-либо насилие или высказывалась угроза применения такого насилия.

Вопреки доводам Галиакбарова, переводчик ему был предоставлен сразу же после ходатайства об этом адвоката Хлынцева *.*. (т.1,л.д. 143-144) в ходе предварительного следствия, а именно перед повторным предъявлением обвинения, а не при ознакомлении с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ.

Кроме того, при даче Галиакберовым признательных показаний, которые обоснованно приведены судом в качестве доказательств его вины, а также при выполнении иных следственных действий, от него и его адвоката каких-либо ходатайств о необходимости участия переводчика, не поступало. С учетом изложенного и данных о личности Галиакберова, имеющего среднее образование, обучавшегося в обшеобразовательной школе, у суда правильно не возникло сомнений в том, что Галиакберов свободно владеет русским языком, а доводы о переводчике являются способом защиты, целью которого является стремление признать его показания не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Заявленное
в ходе предварительного следствия ходатайство о проведении очной ставки с Б. разрешено следователем в соответствии со ст. 38, 122,159 УПК РФ (т.1.л.д. 141). Кроме того, Б. была допрошена в судебном заседании, что позволило Галиакбарову воспользоваться своим правом на постановку ей вопросов.

Нарушений закона при назначении судебно-медицинских экспертиз в материалах дела не усматривается. Более того, при ознакомлении с постановлениями о назначении экспертиз каких-либо ходатайств от Галиакбарова и его защитника не поступило.

Кроме того, как видно из протокола судебного заседания, все доводы, аналогичные тем, которые приводятся в кассационных жалобах, выдвигавшиеся в защиту осужденного, в том числе о самообороне с его стороны, посягательстве со стороны Ф., причинении им телесных повреждений, об отсутствии переводчика в ходе следствия, о личности Ф., тщательно проверялись, но не подтвердились. Поэтому они обоснованно были отвергнуты по мотивам, приведенным в Приговоре.

Как следует из материалов дела, органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену Приговора, допущено не было, настоящее дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Наказание Галиакберову назначено судом в соответствии со ст.60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, данных о его личности, смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, приведенных в Приговоре, и является справедливым.

При этом суд привел
убедительные мотивы назначения Галиакберову наказания, связанного с реальным лишением свободы, обоснованно указав об отсутствии оснований для применения ст.64, ст. 73 УК РФ.

Оснований для отмены Приговора по доводам кассационных жалоб, в том числе и в части смягчения наказания, не имеется.

Вместе с тем, Приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

При разрешении гражданского иска суд в резолютивной части дважды указал об истце Фат., однако в одном случае указал отчество, как «...», а в другом, как «...», хотя из материалов дела следует, что правильным является отчество «...», о чем в Приговор следует внести соответствующее изменение.

Руководствуясь ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия,

Определила:

Приговор Кумертауского городского суда Республики Башкортостан от 13 августа 2010 года в отношении Галиакберова *.*. изменить: в резолютивной части Приговора правильными считать данные о гражданском истце, как «...». В остальной части Приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий п/п Судьи: п/п

№...6